ПРЯМОЙ ЭФИР

Jah Khalib: я хочу создать школу для талантливых детей из глубинки

Радиопроект «Байтасов LIVE» снова в эфире. В гостях - популярный хип-хоп исполнитель Jah Khalib - Бахтияр Мамедов, он же просто Баха. В 2015 и 2016 годах входил в список звёзд шоу-бизнеса и спорта журнала Forbes Kazakhstan. В июне 2017 года стал лауреатом Премии Муз-ТВ 2017 в номинации «Прорыв года». В 2018 году в Москве получил свой первый «Золотой граммофон» за песню «Медина».

Вы можете прослушать подкаст программы  «Байтасов LIVE»:

Фото: Jah Khalib и Арманжан Байтасов

Впервые радиостанция «Бизнес FM» провела эфир из уютного Media Café, которое недавно открылось в Алматы. За чашкой ароматного кофе о шоу-бизнесе беседовали популярный хип-хоп-исполнитель  Jah Khalib и Арманжан Байтасов, издатель Forbes Kazakhstan, акционер телеканала MuzZone и радиостанции Business FM. 

Один из лучших битмейкеров родился и вырос в Алматы, уехал в Москву, а сейчас живет в Киеве. Он рассказал, что общего у Киева и Алматы и почему Москва пришлась ему не по душе. Как происходила эволюция песен от «Бахи» до «Медины». И наконец, на что копит деньги последние три года звезда хип-хопа. «Бизнес FM» публикует цитаты из интервью. 

Арманжан Байтасов: Бахтияр, я посмотрел твои интервью и понял, что ты человек с серьезным образованием и многослойным сознанием. Я вижу эволюцию от Бахи до Медины. Какой текст у тебя рождается при слове Алматы, какая картинка?

Jah  Khalib: Для меня Алматы ассоциируется с песней музыканта Байгали Серкебаева «Любовь-река», которую исполнял Батыр Шукенов. Это - город с душевными посиделками, парками, прудами и скверами на Фурманова. Я постоянно привожу друзей в Казахстан и все говорят, что у города невероятная душа. Это зеленый город, окруженный белыми вершинами гор. Многие не понимают, насколько влияет на человека жизнь в таком зеленом городе. Природа раскрывает в человеке невероятный потенциал, открывает тонкость души. Мы начинаем чувствовать мир иначе, чем жители бетонного города. Посмотрите хотя бы на жителей Магнитогорска или Челябинска. Они суровые,  а мы – добрые.

Арманжан Байтасов: Я бы еще добавил к белым вершинам и зелени желтый цвет старых домов советской постройки. Спрошу, как алмаатинец алмаатинца: ты с какого района?

Jah  Khalib: Я вырос на Шевченко-Муканова. Двор назывался «Шагай», потому что рядом был военкомат. Мы жили в центре между крутым «Самалом» и спальными районами. Кстати, все были действительно образованными. Гопники, но культурные.

Арманжан Байтасов: Песни Jha Khaleb несколько лет назад начала слушать моя дочь, которой было 14. Так я познакомился с твоим творчеством. Ты себя позиционируешь, как музыкант, который работает на какую-то определенную аудиторию?

Jah  Khalib: Я пишу то, что со мной происходит. Музыкальный маркетинг начинается, когда есть готовый продукт.  Но процесс создания должен быть абсолютно некоммерческий. 100% творчество – иначе «не зайдет». Я учился музыке и всю жизнь ей посвятил, а сейчас блогеры думают, что это - бизнес-схема, в которую на этапе создания можно внести цифры, гонорары и аудиторию. Людям нужно творчество, а не бизнес-схемы. Красивая аранжировка, слова и звук будут пустыми, если это не true. Если это - не истинное чувство.

Арманжан Байтасов: Отмечу, что Бахтияр Мамедов сейчас говорит со знанием дела, как специалист, который закончил консерваторию, получив специальность «музыкальный менеджмент».

Jah  Khalib: Схемы работали в советское время, когда не было интернета – только телевизор. Не было выбора. Сейчас время Youtube, и мы видим по-настоящему крутые продукты. Люди разбираются, отсеивают фейки. Сейчас не получится взять на улице трех красивых девушек и сделать группу «поющие трусы». Слушатели выбирают «трушных» людей. Контакт автора с аудиторией происходит на стыке мысли: «О! У меня тоже такое было». Поэтому продюсеры сейчас уходят в Лету и появляются артисты, которые работают, как самостоятельные творческие единицы. У них есть менеджеры, которые не имеют права лезть в творчество.

Арманжан Байтасов: Кстати, о творчестве. Как ты работаешь – с продюсером или без?

Jah  Khalib:  У меня нет продюсера и слава богу.

Арманжан Байтасов: Почему? Делиться не хочешь?

Jah  Khalib:  Со своей командой я делюсь и сам все распределяю. Мне нравится этим заниматься.

Арманжан Байтасов: То есть тебе нравится заниматься шоу-бизнесом?

Jah  Khalib: Ну «бизнес» - пока громко сказано. Кое-что у нас получается. Я считаю, что если у мужчины много свободного времени – это провал. Сам много работаю, мы делаем концерты. Недавно сделали потрясающее шоу в Halyk Arena. Я был так горд нашей командой! В этом бизнесе мне нравится, что он не такой строгий, как, например, нефтяной.

Арманжан Байтасов: На этом месте я хотел спросить: «Будешь ли ты создавать свой лейбл?». Но я понял, что сам могу на него ответить: «Да, Джа Халеб откроет свой лейбл, даже если сам пока этого не знает». Я уже вижу, что этот паровоз не остановить.  Поэтому задам вопрос про деньги – сколько стоит концерт? Или сколько стоила Halyk Arena? Платят ли звезды налоги?

Jah  Khalib: Мы еще считаем смету по концерту в Halyk Arena. Это было большое шоу с огромной расходной частью. Мы проводим такие концерты для того, чтобы познакомить людей с новыми трендами. Я действительно переживаю за образование народа в Казахстане. Города вроде развиваются, а народ – нет. Пора жить в ногу со временем, а ментально мы остались в  древности.

Однажды вышла статья о гонорарах артистов, после которой звезд казахстанского шоу-бизнеса вызывали в налоговую. Там я читал объяснительные некоторых исполнителей: «Я работаю преподавателем по вокалу в музыкальной школе. Все мои концерты - благотворительные». Читал и думал: так врать, это позор.  Мы зарабатываем деньги, страна дала возможности, образование, друзей. Открой ИП и плати 3%! Когда я за границей говорю, что в Казахстане индивидуальный предприниматель платит всего 3% налогов, все удивляются. Не верите – скажите это в Италии или Франции

Арманжан Байтасов: Как вы рассчитываете стоимость билета? Тысяча тенге ($3) – нормальная стоимость?

Jah  Khalib: Ставим минимальную цену – от 5 тыс. тенге (порядка 12$). Концерты делаем ради людей, чтобы они могли прийти и увидеть. Я - человек, который ценит достаток, но эмоции людей превышают все. Я хочу, чтобы все узнали, какие у нас талантливые люди. В Казахстане уже начали снимать клипы украинцы и россияне. Рынок готов поставлять медиапродукты на экспорт, не только обеспечивать внутренний спрос. Но молодые музыканты по-прежнему стремятся в Москву.

Арманжан Байтасов: А ты уехал из Москвы в Киев. Почему?

Jah  Khalib: Москва – город материальных людей, красивых машин, высоких зданий. Там мне могли сделать замечание, если я два дня одевал одну и ту же одежду. Или мне говорили – Баха, заведи себе расфуфыренную девушку, купи крутую тачку. Это все не мое. Один раз меня вытянули на клубную тусовку в маленькое помещение, где люди были набиты, как шпроты в банке. За границей клубы для танцев, а это был клуб для имитации счастья. Стоит девушка с каляном, делает селфи и имитирует счастье.

Киев – творческая Мекка всего СНГ. Там обстановка для творческого человека чуть полегче и очень хорошая база: студии с прекрасным звуком, шикарные музыканты.

Алматы, кстати, тоже музыкальный город. Вообще Казахстан и Украина в этом плане очень близки друг другу по ментальности. В украинцах тоже есть тюркская часть. Они тоже пережили голодомор.

Арманжан Байтасов: Надо быть, а не казаться. У Мориса Симашко была фраза, про то, что всем нужна опора в этом качающемся мире. Что для тебя опора? Что дает тебе силу? Или может быть -  кто?

Jah  Khalib: Моя семья, родители. Я очень сильно их ценю. Отец дал мне характер, доброту, справедливость – качества, за которые меня уважают. Он занимался бизнесом, много путешествовал. Мама всю жизнь занималась моим образованием. У меня совершенно не было свободного времени. В четвертом классе она повела меня на концерт Батырхана Шукенова. Наверное, тогда я увидел своего первого героя и сказал, что хочу заниматься музыкой. Тогда мама меня записала в пятую специализированную музыкальную школу им. Тулебаева на класс саксофона. Еще я ходил в 105 лингвистическую гимназию.  Даже сейчас мама на пенсии занимается внуками, стараясь раскрывать их потенциал.

Арманжан Байтасов: А ислам тебе дает силу?

Jah  Khalib: Вера вообще неотъемлемая часть моей жизни. Я сейчас изучаю ислам. В детстве я ходит в церковь, но принял ислам, потому что он в определенный момент жизни мне помог.

Арманжан Байтасов: Изучаешь или веришь?

Jah  Khalib: Как можно верить в то, что ты не изучил?  Есть понятие религии и веры, я их разделяю. Верить надо в бога. Сейчас я изучаю Тору и Каббалу, планирую прочитать Книгу Соломона. Радикализм порождает хаос. Идя по одному коридору, ты всегда приходишь к радикализму. Когда человек уходит в одну книгу, переставая признавать других, начинаются крестовые походы и террористические акты. Мы все – братья. И потом, мусульманин должен быть образован.

Арманжан Байтасов: А что бы ты хотел видеть в образовании молодежи?

Jah  Khalib: Я уже третий или четвертый год коплю на школу. Хотел построить где-нибудь на селе, но в акимате сказали, что сейчас нет необходимости в сельских школах нет. Тогда возникла идея сделать школу для талантливых детей из глубинки, создать некий Хогвардс. Мне многие говорят – открой медресе. Но я считаю, что к религии человек должен приходить сам. Важен акцент на литературу, мудрые мысли, навыки красноречия.  Даже один кружок после уроков невероятно расширяет сознание школьника. Например, в нашей школе была риторика и с детства учили правильно разговаривать.

Обязательно нужно помогать с профориентацией. Выпускник мечтает стать художником, а поступает на экономиста. Почему так происходит? Почему люди идут не по своему пути, не понимая, что работа не по призванию – тяжелый труд. Все надеются на государство, на оппозицию. Бред полный. Надеяться надо на образованный народ. Посмотрите на меня  - я  учился, смог себя реализовать.

Арманжан Байтасов: Творческие школы - это действительно работает. Правильные преподаватели направляют таланты с юного возраста, чтобы они могли себя реализовать. А ты сам из бедной или обеспеченной семьи?

Jah  Khalib: Вначале я был мажором, но когда мне было 11 лет, у отца отобрали бизнес. Восемь лет наша семья прожила на маленькой даче, мы топили углем печь. И если бы этого не произошло, я бы здесь не был.

Арманжан Байтасов: Немного про новый альбом. Я слушал твое интервью, где ты рассказываешь про новый альбом и  был шокирован от названия «Маскара, уроды». Вначале показалось, что это на казахском языке. А потом понял – правильное название «Маскарад уродов». Почему после лиричных «Лейлы» и «Медины» появилось такое название?

Jah  Khalib: У меня много песен. Среди них есть и плохие. Разные периоды в жизни были.

Арманжан Байтасов: Секс и наркотики?

Jah  Khalib: И такое было. И маскарад уродов был. Я же взрослею и  мои слушатели растут вместе со мной. Я не могу всю жизнь петь про Лейлу и Медину.

Арманжан Байтасов: Не говорят еще «я вырос на ваших песнях»?

Jah  Khalib: Это так и есть. Они слушали «Секс, наркотики», а теперь укладывают ребенка под мою колыбельную. «Маскарад уродов» - о людях, которые предъявляют претензии. Я не идеальный. У каждого своя дорога – улыбнитесь и отвечайте сами за себя. Займитесь чем-то. Сейчас я абсолютно светлый персонаж, я думаю больше о хороших вещах. Но был момент, когда начались скандалы и на меня налетела толпа людей. Все ждут, когда ты споткнешься. Я считаю, что нужно быть уродом, чтобы осуждать человека. Часто ты повторяешь ошибки людей, за которые ты их осуждал.

Кстати, одна из моих песен называется «Джадуа» – «приворот» в переводе  с азербайджанского. Я не верил в привороты, пока не испытал на себе. Ты понимаешь, что встречаешься с неправильным человеком, но не понимаешь, зачем и тебе физически плохо. Сердце начинает болеть. Все это неприемлемо для более-менее взрослого мужчины. Как только сняли, выдохнул свободно. Об этом песня.  Вы, как агностик можете не поверить, но это произошло. Приворот сняла моя  бабушка, она провидица и у нее есть дар. Мне снились страшные сны и я примерно интуитивно понимал, что происходит.

Арманжан Байтасов: Музыканты, певцы, композиторы – кого ты в Казахстане можешь отметить?

Jah  Khalib: Я очень горд нашими талантами. Для меня лучший и невероятный – Галымжан Молданазар. Адиль Скриптонит, Мади Токтаров  - M'Dee., The Limba и Абдер, хип-хоп исполнитель Hiroshima. Ирина Кайратовна – Youtube-проект. Айсултан Сеитов, Медет Шаяхметов, невероятный оператор Азамат Дулатов, которым восхищаются даже в Голливуде. Новый режиссер Макс Шишкин, такой Квентин Тарантино, снимающий клипы.

Фото: Айдана Байтасова, Сая Аскарова, Jah  Khalib и Арманжан Байтасов
Поделиться публикацией :

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить

Новости партнёров

Загрузка...
Загрузка...

Установите приложение Бизнес FM

Бесплатно для iOS и Android